Об особенностях приобретения школьных навыков в формате семейных сообществ

Мне кажется важным описать некий феномен, который я назвала бы оправданной несостоятельностью гуманистического сообщества. Несостоятельность в плане Четкого Следования Программе принимается практически всеми, кто не выбирает в обучении массовый конформизм. А вот ситуация, когда «все в его возрасте… а он – нет», спокойно принимается нами не всегда. Это сетование в основном сопровождает наблюдение родителя за проявлением – или не-проявлением - моторных навыков. Нам не нравится почерк ребенка, скорость письма, счета, нас может не устраивать отставание его от возрастного мейнстрима, давно и однозначно обозначенного образовательными чиновниками, ведь ему следует с тем или иным успехом практически абсолютное большинство школьников.

Каким бы развивающим и процветающим ни было пространство школы-сада (в любом значении слова «сад»; ИРИС, к примеру – это не только школа, но и эдакий творческий теплый детский садик для детей школьного возраста и взрослых), есть навыки, на приобретение которых нельзя рассчитывать в той же мере, в коей они успешно насаждаются в школах, не побоюсь этого слова, классовых.

Причина возможного «навыкого отставания» наших ребят от школяров – тот самый пресловутый гуманистический, недирективный подход. В нашем желании «успеть по программе, но так, чтобы это было весело и легко» кроется, на мой взгляд, так называемая «двойная связка», парадокс и противоречие, катализатор всяческих тревог и невротических колебаний.

Поясню подробнее.

Человек успешен в том, что доставляет ему удовольствие. В том, что, во-первых, приятно, во-вторых, легко.

Когда именно мы получаем удовольствие?

Первая здоровая причина -  когда нравится и хорошо получается. То есть изначально ХОРОШО ПОЛУЧАЕТСЯ! Взялся человек рисовать – и доволен каждым промежуточным результатом, и продвигается вперед потихонечку, в свое удовольствие – или получая то же самое удовольствие от семимильных шагов.

Наши задачи в этом случае: не перекрыть движение, следить за посильностью (это и есть моя главная преподавательская задача: наблюдать за индивидуальным темпом и создавать условия для продвижения в нем, учитывая, что тот может меняться на протяжении всего пути).

В случае, если нравится, но не получается, нам надо быть готовыми к тому, что ребенок бросит, перестанет, будет отказываться и ныть, потеряет интерес или будет ходить рядом и не решаться приблизиться. Тогда мы снизим планку, упростим задачи, ведь все, что нам остается – организовать человеку встречу с успешностью.

(Повторяю: я о гуманизме. Поэтому варианты «потянем за уши», «заставим» или «убедим» здесь не рассматриваю, хотя они есть. Нам бывает почему-то жизненно необходимо подогнать ребенка под общий критерий ученической нормы. Я не отрицаю этих способов, сама – да, грешна! - часто пользуюсь ими в отдельных ситуациях, в индивидуальных отношениях, с личным ребенком. Крайне важно в такие моменты обозначать приоритеты: для чего я это делаю, что приобретаю и чего лишаю своего ребенка. Чаще всего – времени, естественного темпа. Хорошо бы  в такие моменты взвесить пользу и вред, но это уже фантастический уровень самообладания… И все это не про общую тенденцию школы-сада, как поступать дома родителю, он решает сам).

Вторая причина деятельности – желание вырасти над собой, преодолеть трудности, почувствовать себя взрослее.

Если мы видим, что ребенку это важно - помогаем ему справляться с неизбежной на этом пути фрустрацией. Утешаем, жалеем, помогаем, когда просит, спрашиваем, можем ли помочь, если не просит.

В случае если все-таки в сердцах бросает, смиряемся, не укоряем и не стыдим: это же была не наша ценность, верно? Или все-таки мы сами его убедили в том, что так надо, так правильно, только так и бывает?... Тогда пересматриваем исходные данные.

Третья кроется в отношениях. Нравится тебе учитель, видишь, какое он получает удовольствие от твоих успехов – и делаешь ему приятное.

Тут можно не участвовать вообще, пусть себе радуется и радует ценного для него человека. Вас, как родителя, например. Правда, это возрастное, такой вид мотивации недолговечен.

Есть еще шанс, что ребенку понравится какой-нибудь чудесный творческий процесс, инициированный преподавателем. Хоть это неоднозначно: я и не поддерживаю теорию о том, что такие процессы  работают именно на присвоение и продолжение деятельности. Внутри у человека должно быть что-то, что включится от таких штук, если же его нет – примем за основу самоценность этих «плясок с бубнами», радость от них, но не будем уповать на то, что каждый ребенок увлечется и начнет продвигаться благодаря им по лестнице овладения школьными навыками. В этом и состоит основное заблуждение взрослых: дескать, если «дать интересно», он точно «возьмет». Мы можем быть интересны в процессе, и он его оценит: будет включенным, откликнется эмоционально, поддержит. А когда начнем требовать обратной связи, можем сильно расстроиться, увидев, что «не взял». Иногда будем посыпать голову пеплом: лишь один из шести «взял». И понес дальше. Остальные как будто растеряли. Наверное, я плохо… инициировал.

И не придет нам в голову, что Пунические войны, падежи или многочлены совершенно естественным образом может вынести лишь один из многих. И хорошо, если так. Было бы странно, если бы все дети в здравом уме поголовно увлеклись одной из этих вещей. Или захотели без отдыха умещать тексты между линеечек – даже после рисования на манке, конструирования букв их различных материалов, каллиграфии с перьями, алфавитных сказок или неимоверно креативных прописей…

Бывает мотивация нездоровая:  желание что-то кому-то доказать; стать «хорошим», «успешным», надеть приемлемую, одобряемую маску. Удалось? – испытываем удовлетворение, но и кормим невроз, укрепляя эту закольцованность. Поэтому такая мотивация «справления» ребенка с «материалом» сама по себе существует и здорово помогает в отработке навыков, но подпитывать ее не считаю правильным. Или, например, конкуренция. Та же, что предыдущая, но более конкретная: не дать обойти себя Джонсам – или кто там фигурирует в теме «американской мечты». Чаще всего в этом много напряжения и гнева, а толку совсем мало. Если, конечно, тема не настолько горяча, чтобы порвать себя ради цели преодоления. Использовать такую сложную штуку как мотивацию к учебе – поощрять человека встать на путь «злого гения», я не стала бы брать на себя такую ответственность.

По какой-то из причин маленький человек сам берет в руки письменную принадлежность и вставляет свои первые письменные буковки в первые узенькие линеечки.  Дети делают это сами крайне редко. Скорее всего, не ко времени большинству. Не ко времени и не к месту. Моторика не та, интерес не в том… Хотя годам к девяти многие наши дети просят «диктантики». Видимо, дорастают.

Я ведь большей частью об этом: навыке письма. В школе диктанты пишут к концу первого класса, а мы все… жизни радуемся! Нам, родителям «домашних» детей, приходится учитывать специфику взаимоотношений ребенка и учебных процессов в семейной школе, а навыки по необходимости отрабатывать дома самим. В этом и состоит смысл семейного образования: в распределении ответственности. В обычной школе вся ответственность негласно лежит на ребенке, если сам не справляется – на родителях. Учась в большой школе, ребенок получает домашнее задание: заполнить несколько страниц прописи, списать предложение и проч., вплоть до установки «выучить параграф и правила». У нас таких заданий в «началке» нет, мы и без параграфов справляемся, а родители дома при необходимости просят детей что-нибудь написать, ставят руку малышам... Потому что это индивидуальная работа, а любой навык нарабатывается в упражнениях.

Можно свести мотивацию к простым формулам: «я хочу», «я могу», «мне надо».

И, конечно, все это обволакивает эмоционально позитивное: «мне нравится».

Навык достигается с помощью тренажа. И это не про удовольствие. Не так сложно сопровождать ребенка в освоении немногих «обязательных» вещей, необходимых инструментов успешного «школярства»: писать с ним, читать, помогать учить падежи, спряжения и таблицу умножения.

Долго ли, коротко ли – все приходят к похожему уровню овладения этими самыми навыками. Кому из родителей важно, чтобы «коротко», работают над этим в семье. Кто не хочет в этом участвовать, ждет у моря погоды.

Почему бы и нет?

Оба способа приемлемы.

Я все это к тому, что не стоит ждать от других того, что важно самим, отработка навыка – единственная, наверное, задача, которая стоит перед родителями учебных сообществ, подобных нашему. Хотя за всех тоже не скажу. Многие обещают чуда… А сама я в волшебника играть не буду и коллег от этого постараюсь всячески уберечь. Есть более полезные для здоровья игры.

И Настоящее.

«Хорошо бы позволить… нет: отпустить»… - хромающий, заваливающийся в сторону управленческого всемогущества понятийный аппарат не дает сформулировать мысль из правильной точки... «Хорошо бы дать»… - опять не то!

Желание поддержать детей в намерении жить, а не стараться соответствовать, естественным образом отодвигает на второй план «справленческие» задачи. Они есть, но они – не главное. И решаются они не всегда так быстро, как принято на магистрали.

Это если из точки гуманизма.

Никого в данную концепцию не тяну, считая при этом честным обрисовать положение вещей в нашем творческом живом пространстве.

Елена Свитова