«Нервная» педагогика


             
В (нейро)сетях науки и культуры

Один из аргументов взрослых в пользу школьного обучения - возможность создания в мозге ученика  посредством изучения науки нейронных связей, новых нейронных сетей.
Многие из нас живут в заблуждении, считая, что:
- создание этих сетей само по себе делает нас умнее, и чем их больше, тем прекраснее жизнь;
- без штудирования предмета они не образуются - или образуются не в должном качестве и количестве.

 

- Мама, зачем мне тригонометрия? А число "пи"?

- Пап, ну, где в жизни мне пригодится диаграмма Герцшпрунга-Рассела?

(Вот видите, мне пригодилась, хотя я очень смутно представляю значение этого созвучия: будучи поклонником красивых звучаний, собираю коллекцию, из последнего – «компендиум», комммммпенннндиумммм! - как вам? А «фитобентос литорали в ризоидах таллома» - каково? Поэзия ж!)

На вопрос подростка мы отвечаем что-то про нейронные связи. Хотя совершенно ясно, что с его стороны это просто отчаянное деликатное «спасите, не хочу!», и никакого ответа ему от нас не надо, разве только утешение.
А утешит ли его информация о том, что посредством разгрызания гранита науки мы, как нам представляется,  как будто штопаем свои дырявые мозги?
Если вам и так ясно, что этот аргумент неправомочен - смело закрывайте статью, не теряйте время.
Мне же не хватало собственного знания в этой области, а на фоне жизненных наблюдений за собой, друзьями, детьми и обществом в целом, приводящих к неутешительным выводам, это неудовлетворение недавно затребовало тщательнейшего исследования. Чем я и озаботилась нынче, включив свою собственную «штопальную машинку», задействовав в качестве иглы любезно согласившегося на эту роль знакомого ученого-биолога, много лет проработавшего на кафедре высшей нервной деятельности.
Ведь я долгое время была одной из таких заблуждающихся. Мне важно было разобраться именно в этой части "мотивационной аргументации".
Я не старалась ответить себе на вопрос, зачем нужна действующая школьная программа - да и вообще массовая образовательная школа - в наши дни, ограничившись правдой другого знакомого ученого-философа, психолога и педагога, о том, что историческая предпосылка создания этого образовательного института – основание для «сегрегации», в этом и была его задача: дескать, чтобы проще было управлять таким большим количеством народа, государству надо хоть как-то его сепарировать.
Я также могу избежать большинства вопросов о целесообразности школьной системы, поскольку выбрала для себя и своих детей внешкольный формат обучения. Убрав из нашей учебной жизни оценивание, суждение о процессе детского познания, жесткие временные рамки, уравнивание темпа и способов восприятия, реакции, внимания и других функций мышления, давящий контроль и внешнее дисциплинирование, я могу не заботиться о драматичных вещах – хотя бы до определенного возраста – вроде искусственного насаждения, стреноживания или подталкивания – да и вообще какой-либо искусственности. Почему они драматичны, объяснять долго тоже не буду, это тема мировоззренческая: есть мнение, что здоровье дороже, а дергание за определенную область (нервы, психику, мозг) может сильно «провалить» другие. Мы, гуманисты, пытаемся беречь целостность организма и выбирать здоровьесберегающий путь. Еще одна причина такого выбора в том, что травматогенность насилия – а директиву к усилию, полагаю, можно назвать насилием - для разных детей разная, кого-то почти не трогает, кого-то, возможно, закаляет, а кого-то может и разрушить. Окружающий наших детей человеческий мир, по моим ощущениям, живет в тревожном напряжении, и форсировать это напряжение в теме учения совершенно нецелесообразно.
Тем не менее мы, в отличие от так называемых самонаправленных сообществ, выбираем учить. Да, без оценок, негатива, перегрузок, непосильных вложений и хронического недосыпания, но на уши детям все же «садимся», фасилицируем, инициируем, заражаем. И я задаюсь вопросом ребенка: «Зачем мне рассказывают, показывают и предлагают попробовать много такого, что сегодня меня не привлекает?».  Из  двух оставшихся вариантов аргументации - «знания лишними не бывают» (культурный контекст, в который тоже  нужно отдельно всматриваться в плане уместности массового насаждения этой самой культуры), и «учение образует новые нейронные связи» - я пока выбираю изучить второй.

 

Электрический разум

 

Итак, давайте, была не была, смело заглянем в мозг и рассмотрим его в работе.

Нейронные сети представлены в нервной системе. «Ядро» любой из них, то есть та ее часть, где обрабатывается входящая информация и принимается решение к действию, находится в сером веществе центральной нервной системы (серое вещество спинного мозга, ядра ствола и кора головного мозга). Входная информация может поступать и запускать всю сеть как по периферическим нервам, так и из других участков серого вещества. Выход осуществляется либо по периферическим нервам к мышцам, железам и проч., либо по серому веществу, например, на вход других нейросетей.
Уже при рождении у ребенка имеются сложившиеся нейросети, позволяющие решать необходимые задачи. С развитием перед ребенком встают новые задачи,  их решение требует создания в мозге новых цепей нейронов, по которым будут проходить нервные импульсы. При создании почвы для развития – среды, условий, базы – это происходит естественным образом: ребенок учится ползать, садиться, вставать, ходить, держать ложку, карандаш, говорить – а затем и читать, считать, писать…
При любом нешаблонном действии для решения новой задачи нейроны мозга формируют определенную сеть, по которой будут распространяться нервные (электрические) импульсы, переходя через синапсы от одной нервной клетки к другой. На входе такой сети будут условия задачи, на выходе — решение (определенное действие, ответная реакция). И чем чаще будет возникать подобная задача, тем «прочнее» будет становиться сложившаяся сеть, и тем меньше времени потребуется для принятия решения. При усложнении первоначальной задачи, при добавлении каких-либо новых условий уже сложившаяся нейронная сеть начнет изменяться, например, достраиваться новыми связями и нервными клетками или включать в себя другие работающие сети. 
Очевидно, поэтому в спорте, музыкальном исполнительстве и других областях, требующих навыка, невозможно удержаться на желаемом уровне без многократного повторения сложных действий. Даже достаточно простые, но какое-то время не совершаемые действия - например, вынужденная временная обездвиженность, - осваиваются порой хоть и не совсем заново, но через «включение мозга», который, в свою очередь, запускает собранный когда-то и исправно работавший "автомат".

 

Нейропластика как область косметологии

 

Для хорошей работы - часто при этом добавляют: "счастливой жизни", "радости" и проч., хотя этим позитивистским постулатам можно противопоставить многие варианты "горя от ума", и здесь я бы пока разделила эмоциональную и интеллектуальную сферу - мозгу нужна пластичность, то есть постоянные перескакивания электрических импульсов от нейрона к нейрону через проторенные синапсы.
Происходит это, как сказано в начале, при любом нешаблонном действии.
Мозг пластичен на протяжении всей жизни, хлебом... корми - но дай задачки порешать. Он открыт для нового. Пока мы живы - всегда! 
Возникает несколько вопросов: почему его «приходится» – взрослые давным-давно об этом договорились! - направленно науськивать в школьные годы, зачем это делать, если он и так открыт, и почему мы с годами теряем эту способность обучаться.
Начну с конца.
С этой самой якобы "потери возможности обучаться".
Я не знаю, о ком это, если уж откровенно: почти полувековая я сейчас исследую, мыслю и множу новые ниточки в массе, которой позавидовала бы я двадцатилетней давности; моя почти вековая бабушка решает кроссворды, читает книги, смотрит телепередачи и пишет - могла бы и больше, если бы позволяло зрение…
Но давайте попробуем понять, что происходит с пластичностью по мере нашего взросления.
Периодическое решение одной и той же задачи приводит к тому, что нервная система «запоминает» путь прохождения команды от входа информации до выхода решения, то есть действия. Формируется так называемый динамический стереотип поведения. А значит, нейросеть начинает решать эту задачу как бы сама, в автоматическом режиме.
В поведении взрослого в отсутствие новых задач появляется все больше шаблонов, в нем все меньше спонтанного исследования.
С нейронной сетью – и не одной! - мы рождаемся.
А свободное и продуктивное, в разных направлениях, прохождение по сетям электрических импульсов есть процесс постоянного интереса, познания, учения.
Жизнь - это процесс интереса.
Интеллект - это живой процесс движения импульсов. Живая энергия.
Она истощается, когда мы ее не питаем.
Стоит изменить работу мозга, начать что-то необычное для себя - найти несколько маршрутов к повседневной цели, увлечься новым делом и проч. – в стереотипе поведения произойдут изменения. На то он и динамический.
Нам помогает процесс переучивания, преодоления прошлых установок. Когда нам мешает ограничение, заметное нам самим и тормозящее в чем-то, - например, человек ощущает трудности с приемом и переработкой новой информации, - стоит попробовать "начать с начала". А вот без своего собственного запроса, думаю, тренировать нейропластичность ни к чему. Если мне спокойно со своим автопилотом - значит, это моя защита, мой комфорт и мой выбор. Я смотрю один и тот же любимый сериал, перечитываю старую книгу, хожу знакомой дорогой в один и тот же магазин и пью ароматный чай в уютном кресле в одно и то же время. Я компульсивен, и это - основа моего спокойствия. А спокойствие - мой нынешний приоритет. 
Отчего? Что такое происходило со мной на протяжении жизни, если нервная система - с ее многочисленными нейронными сетями и неиссякаемыми возможностями - решила заботиться о себе вот так: отказаться от развития?
(Так как теория о тренировке нейропластичности в качестве профилактики нервных болезней (синдром Альцгеймера и проч.) еще в работе, и причины таких заболеваний не выяснены, я выбираю говорить здесь только о функциональных субъективных явлениях, стараясь не обобщать и не генерализировать).
Со временем биологические процессы замедляются, это факт. Но способность учиться остается. И мы сами выбираем, учиться нам или нет, часто в пользу отказа.
Такой ответ обостряет для меня предыдущий вопрос: зачем мы пару десятков лет давали и без того открытому для свершений, впитывающему "из воздуха", жадному детскому восторженному мозгу столько искусственно вымученных огромным сообществом "разработчиков программ" задач?
Не в этих ли потугах кроется причина угасания желания меняться (двигаться, действовать, жить, в конце концов!) в будущем?
Мозг честно хочет, чтобы его оставили в покое.

 

Разрыв шаблона - "на разрыв аорты"

 

Сейчас популярны комплексы упражнений для стимуляции мозговой деятельности - "нейробика", "гимнастика для мозга", школа образовательной кинестетики и т.д. Прислушаемся: 
"...Нейробика полезна абсолютно всем. Детям она поможет лучше концентрироваться и усваивать новые знания, а взрослым – поддерживать свой головной мозг в отличной форме и избежать ухудшения памяти".
"... Упражнения нейробики обязательно используют все пять чувств человека – причем, необычным образом и в разных комбинациях. Это помогает создавать в мозгу новые нейронные связи".
(взято здесь: https://gekkon12.livejournal.com/116928.html)
Я слышу вот что (прислушиваясь, слышу - стимулирую мозг посредством слуха; всматриваясь, вижу... - и т.д.):
- стимуляция мозга ведет к лучшей проводимости и созданию новых связей;
- стимулирует мозг работа всех пяти чувств - разных, в разных комбинациях, исполняемая по-разному.
Слышите? - чувств.
Помните? - система... нервная. 

Еще одна новость:
"По данным исследования, проведенного нейробиологом Винодом Меноном (Vinod Menon) из Стэндфордского университета и его коллегами, при сканировании мозга детей, испытывающих трудности с изучением математики, обнаружились, помимо прочего, неожиданные межнейронные связи. По сравнению с детьми, которые затруднений не испытывали, мозг ребят с дискалькулией, сканировавшийся при выполнении математической задачи, показал больше нейронных связей, особенно между теми областями, что участвуют в решении математических задач. Подобный избыток межнейронных связей — он был описан в 2015 году в научном журнале Developmental Science — оказался полной неожиданностью, говорит Менон, поскольку в ходе предыдущих исследований высказывалось предположение о крайней слабости таких математически обусловленных сетей. Однако может оказаться, что большое количество связей создает систему, неспособную к усвоению новой информации. «Идея заключается в том, что изобилующая нейронными связями система будет не столь восприимчива и эффективна», — говорит он".
Пишет Лора Сэндерс — независимый научный писатель, автор блога о науке воспитания детей. 
В той же статье упоминается наблюдаемая избыточность сетей при таких болезнях, как шизофрения, а также приводится исследование - правда, единичное, поэтому не являющееся основой для выводов - появления новых сетей в моменты счастья.
Есть и другие упоминания того, что новые связи возникают как при многократном повторении действия, так и по-другому: во время яркой эмоции, всплеске радости - или когда мы испытываем стресс.
Давайте подумаем: ведет ли возникновение новой связи к общему улучшению мозговой деятельности?
Очевидно, нет: само по себе возникновение с последующим укреплением и есть эта самая деятельность. У нее есть самоценность: наш мозг живой. 
Поразмышляем еще вот над чем: можно ли надеяться, что сегодняшняя беготня импульсов как-то улучшит наш мозг завтра?
Оснований для этого нет: мы просто живем, двигаемся - и наш мозг тоже находится в движении, "искрит" и непрерывно учится.
Поможем ли мы ребенку вышеупомянутыми упражнениями легче освоить неприятные ему области науки?
Вряд ли. Сами упражнения "двигают" сети, но не подталкивают мозг к готовности решать другие задачи.
А вот сами задачи (как математические, так и исследовательские), скорее всего, будут рвать старые связи и создавать другие, то есть стимулировать работу мозга. Решение интересных задач - один из способов стимуляции нейропроцессов. Также сеточки изменяет дегустация, чтение - или рассматривание фотографий - "вверх ногами", творчество, ощупывание предметов с закрытыми глазами, слушание музыки и огромное количество других занятий.
Отмечена, помимо всего перечисленного, похожая динамика работы мозга детей и родителей: их нейронные сети подобны.

Отчего же мы так боимся, что без покрытосеменных, анализа стихотворения и многочленов мозг ребенка засохнет?
Похоже, это миф.
А вот навредить ему можно запросто, раз мы точно не знаем правильного количества и скорости изменений микросетей огромной нейронной схемы для здорового и успешного существования, зато прекрасно можем учитывать нервную природу всей этой живой, далеко не полностью изученной вселенной в нашей голове.

 

"Меняю кусочек сердца на ниточку в мозгу"

 

Приоткроем же осторожно дверь школы.
(Здесь уже начинается веселье: скрипит, упирается - а затем норовит шлепнуть по спине для придания ускорения...)

Возможно ли, что для своего развития человеку лучше всего было бы быть изгнанным из стен учебного заведения, как это происходило в разное время с Эдисоном, Эйнштейном, Шаляпиным, Рихтером? Кристи, Черчиллем, Маяковским, Киану Ривзом? Циолковским... не поверите - Львом Толстым?!?!
Человек, научившийся произносить связные звуки в четыре года, а понятно говорить, предположим, в семь, освоивший чтение в девять лет, а письмо в 14, может ничем не отличаться от вас, когда вам по двадцать пять. Он мог никогда не заниматься с логопедами или дефектологами - а мог и заниматься. Вы никогда не узнаете, какие "проблемы" и "отставания от возрастной нормы" сопровождали этого человека до момента "выравнивания".
Зато разница в поведении - способность справляться, реагировать, адаптироваться, обходиться - очень видна. А разница в эмоциональной сфере зашкаливает.
Так что дергать за нейро-ниточки бессмысленно: они как-то... сами. А за нервы лучше не дергать вообще. Они тоже - сами умеют и "натягиваться", и "трепаться"... без педагогических усилий. И это я возьму темой своего следующего всматривания.
И вслушивания.

"Осеняет", "пронизывает", "озаряет" - предположу, что это происходит в моменты прошивания нового узорчика на сетевой канве.
Вспоминаю знаковый момент якобы "озарения" в ситуации с сыном, в то время - восьмиклассником.
- Ура... Ты понял! Ты это делаешь! Решаешь задания с многочленами!!! Йессс!..
Сидит, всем видом выражая усталость и презрение.
Недоумеваю:
- Дорогой, ты не рад?! Это такой... результатище! Теперь тебе с этим типом заданий будет легко.

Скептически поводит плечом, комкая тетрадь, чтобы поместилась в рюкзак.

 - Ну, ты только представь, в твоей голове сейчас появилась и укрепилась новая связка между нейронами! - ...и кусок от сердца оторвался, - произносит сквозь зубы, выуживая взамен скомканной еще одну измятую тетрадь по какому-то другому школьному предмету.
Чье это было озарение, чья радость? Мои. У меня точно тогда "прошилось".
Помогла ли новая связь ребенку? Наверное.  Но в том, что она образовалась именно тогда, я сейчас склонна усомниться: вернее всего, информация по теме переработалась ранее, где-нибудь во сне, и укрепилась позже, в процессе дальнейшего упрощения выражений с многочленами.
Поддерживаю его желание бежать от такой "помощи". 
Функционирует ли в здоровом режиме нейронная сеть, когда ее пытаются "подштопать" намерено, просто ради фантазии "сделать умнее"?
Нет - потому что это нервная система, и отделить эмоции от интеллекта, как я сделала это в теории, в жизни не представляется возможным.

Итак, на многие вопросы четкого ответа нет.
Мы не знаем, сколько именно нейронных связей нужно человеку в момент времени для оптимальной жизни - что бы ни имелось в виду, материальная ли успешность, культура, духовное богатство, ощущение причастности и своего места в мире - то, что мы склонны называть счастьем... Мы этого не видим. И нам об этом не скажут.
Зато мы точно знаем самоценность этого ощущения в моменте. 
И мы видим его в своих детях - также часто, надеюсь, как и фрустрацию от "хирургических" подшивок. 
И оно искрит, сверкает, бегает огонечками по сеточке, то укрепляя, то разрушая старые ниточки и образуя новые ходы.
Ощущение счастья. 
Ощущение жизни. 
Они и делают наших детей умными, дорогие "хирурги".
Умными и счастливыми.
А вас?

Е.С.